Священное писание Статьи Скачать Ссылки
Главная Контакты Карта сайта Форум
   

У тебя есть право выбрать

Практикуемый сегодня в медицине подход (под названием «за» и «против») помогает врачам и больным совместно находить лечение без использования крови. Врачи учитывают как опасность определенных лекарственных средств или хирургического вмешательства, так и возможную пользу. Больные тоже могут принять в этом участие.

Возьмем типичный пример — хронический тонзиллит. Если бы такая проблема была у тебя, ты, скорее всего, обратился бы к врачу. Ты даже мог бы посоветоваться с двумя врачами, поскольку специалисты в сфере здравоохранения часто советуют заручиться вторым мнением. Один порекомендует операцию. И объяснит, как долго ты пробудешь в больнице, насколько болезненна операция и во что она обойдется. Что же касается опасностей, он скажет, что сильное кровотечение бывает редко, а случаи смерти от такой операции — единичны. Но врач, который придерживается другого мнения, поощрит тебя попробовать антибиотики. Он объяснит тип лекарства, сообщит о вероятности успеха и затратах. Что же касается опасности, он скажет, что реакция на лекарство мало кому угрожала жизни.

Любой знающий врач, вероятно, учел все «за» и «против», но теперь ты должен взвесить опасности и возможные преимущества, а также другие обстоятельства, которые известны только тебе. (Ты лучше можешь оценить такие аспекты, как твои душевные или эмоциональные силы, семейный бюджет, а также, как это затронет семью и твои этические нормы.) После этого ты делаешь выбор. Возможно, ты сознательно согласишься на одно лечение, но отклонишь другое.

Так же будет в случае, когда хроническим тонзиллитом болен ребенок. Опасности, преимущества и способы лечения будут изложены вам, любящие родители, потому как вас это касается прежде всего и потому как за последствия отвечаете вы. Рассмотрев все эти обстоятельства, вы можете сделать выбор в деле, которое затрагивает здоровье и даже жизнь вашего ребенка. Возможно, вы согласитесь на операцию и сопутствующие опасности. Другие родители могут выбрать антибиотики и сопутствующие им опасности. Так же как могут отличаться советы врачей, так и больные или родители отличаются в том, что они считают лучшим. Это и подразумевается под сделанным на основе полной информации («за» и «против») выбором.

А что можно сказать об употреблении крови? Ни один человек, объективно изучивший факты, не может отрицать, что в переливаниях крови кроется огромная опасность. Заведующий службой переливания крови в Массачусетской центральной больнице д-р Чарльз Хаггинс высказался очень определенно: «Кровь никогда не была безопасней, чем сейчас. Но ее все равно нельзя считать безопасной. Это самое опасное используемое в медицине вещество» («Бостон глоб мэгэзин», 4 февраля 1990 года).

Не без основания медработникам давался совет: «При взвешивании всех „за“ и „против“ также необходимо пересмотреть степень опасности переливания крови и искать другие возможности» (курсив наш.— Ред.) (Perioperative Red Cell Transfusion [«Периоперационное переливание эритроцитов»], конференция Национального института здравоохранения, 27—29 июня 1988 года).

Что касается всех «за» и «против» при использовании крови, врачи могут расходиться во мнениях. Один может делать переливания часто и быть уверенным, что они стоят риска. Другой считает, что риск неоправдан, потому как у него были прекрасные результаты и без применения крови. Однако в конечном счете решаешь ты, больной или родитель. Почему? Потому что в данном случае затрагиваются твой (или твоего ребенка) организм, жизнь, этические нормы и, что особенно важно,— взаимоотношения с Богом.

ТВОЕ ПРАВО ПРИЗНАЕТСЯ

Сегодня во многих местах у больного есть непреложное право решать, на какое лечение он согласится. «Закон согласия на основе полной информации опирается на две предпосылки: во-первых, у больного есть право получить достаточно информации, чтобы сделать осознанный выбор в отношении рекомендуемого лечения; и во-вторых, больной может принять или отклонить предписания врача. [...] Если не считаться с правом больных сказать „нет“, а также „да“ или „да“ на каких-то условиях, то сам принцип согласия на основе полной информации теряет свой смысл» (Informed Consent—Legal Theory and Clinical Practice [«Согласие на основе полной информации — правовая сторона и клиническая практика»], 1987 год).

Когда некоторые больные пытались воспользоваться своим правом, они натолкнулись на сопротивление. Оно могло исходить от друга, очень убежденного в своей точке зрения, что касается удаления миндалин или принятия антибиотиков. А также от врача, убежденного в правоте своего совета. Возможно, что какой-то работник больницы не согласился, руководствуясь правовыми или денежными интересами.

«Многие ортопеды предпочитают не оперировать больных [Свидетелей],— говорит д-р Карл Л. Нельсон.— Мы считаем, что у больного есть право отказаться от любого способа лечения. Если техника позволяет проделать операцию безопасно, исключая конкретное средство, как например переливание, то такая операция должна иметь место как возможный вариант» (The Journal of Bone and Joint Surgery [«Операции на костях и суставах»], март 1986 года).

Тактичный больной не будет заставлять врача применять метод лечения, в котором тот неопытен. Однако, как заметил д-р Нельсон, многие преданные своей работе врачи могут учесть убеждения больного. Один немецкий служащий рассуждал так: «Врач не может отказать в помощи... думая, что в случае со Свидетелем Иеговы в его распоряжении нет всех медицинских средств. На нем по-прежнему лежит обязанность оказать помощь, даже если его возможности ограничены» (Der Frauenarzt [«Гинеколог»], май-июнь 1983 года). Точно так же как и цель больниц состоит не только в том, чтобы заработать деньги, но и в том, чтобы обслужить всех людей без исключения. Католический теолог Ричард Дж. Дивайн заявляет: «Хотя больница должна приложить все усилия, чтобы сохранить жизнь и здоровье больного, она должна позаботиться и о том, чтобы врачебная помощь не отяготила [его] совесть. Кроме того, нельзя прибегать к какому бы то ни было принуждению, начиная от уговоров и кончая обращением в суд, с целью навязать переливание крови» (Health Progress, [«Достижения здравоохранения»], июнь 1989 года).

ВМЕСТО СУДОВ

Многие люди согласятся, что зал суда — не место для разрешения личных споров медицинского характера. Что бы ты почувствовал, если бы ты выбрал лечение антибиотиками, а кто-то обратился бы в суд, чтобы заставить тебя удалить миндалины? Врач, вероятно, хочет предоставить лучшее, по его мнению, лечение, но в его обязанности не входит искать юридическое обоснование, чтобы попирать твои основные права. А поскольку Библия говорит, что воздерживаться от принятия крови так же важно, как и избегать блуда, навязывание крови христианину было бы равнозначно половым посягательствам, или изнасилованию (Деяния 15:28, 29).

Однако Informed Consent for Blood Transfusion («Согласие на переливание крови на основе полной информации», 1989 год) сообщает, что некоторые суды так беспокоятся, когда больной готов пойти на определенный риск по причине своих религиозных прав, «что делают некоторые правовые исключения — юридические фикции, если желаете,— чтобы допустить переливание». Они пытаются извинить это беременностью или необходимостью растить детей. «Это все юридические фикции,— говорится в книге.— Осведомленные взрослые вправе отклонить лечение».

Некоторые из тех, кто настаивают на переливании крови, упускают из виду то, что Свидетели не отказываются от всех способов лечения. Они отказываются лишь от одного, который, даже по мнению специалистов, чреват опасностью. Обычно есть много способов разрешить медицинскую проблему. В одном таится одна опасность, в другом — другая. Может ли суд или врач в своей «опеке» знать, какая из этих опасностей «в твоих интересах»? Ты один можешь судить об этом. Свидетели Иеговы никоим образом не хотят, чтобы за них решал кто-то другой; это их личная ответственность перед Богом.

Если бы суд навязал тебе неприемлемое лечение, как бы это повлияло на твою совесть и на то, ради чего ты живешь? Д-р Конрад Дребингер писал: «Только под влиянием неуместного честолюбия врач принуждал бы больного принять данное лечение вопреки его совести, и таким образом оказал бы ему помощь физически, но психически нанес бы ему смертельный удар» (Der Praktische Arzt [«Практикующий врач»], июль 1978 года).

ПРЕИСПОЛНЕННАЯ ЛЮБВИ ЗАБОТА О ДЕТЯХ

Судебные процессы в связи с кровью в большинстве случаев затрагивают детей. Временами, когда любящие родители с почтением просили воспользоваться бескровным лечением, некоторые медики, чтобы влить кровь, искали поддержки суда. Разумеется, христиане соглашаются с законами или мерами суда, цель которых предохранить ребенка от половых посягательств или недосмотра. Ты, возможно, слышал о таких случаях, когда некоторые родители зверски обращались с ребенком или отказывали ему в какой бы то ни было медицинской помощи. Как это печально! И понятно, что государство может и должно вступиться за ребенка, которым пренебрегают. Однако легко увидеть, насколько это отличается от случая, когда заботливый родитель просит оказать высококачественную медицинскую помощь без использования крови.

Такие судебные процессы обычно касаются ребенка, лежащего в больнице. Как попал туда малыш и почему? Почти во всех случаях его привозили обеспокоенные родители, чтобы получить квалифицированную помощь. Как был внимателен к детям Иисус, так же заботятся о своих детях родители-христиане. Библия говорит о кормилице, которая «нежно обходится с детьми своими». Такую же глубокую любовь испытывают Свидетели Иеговы к своим детям (1 Фессалоникийцам 2:7; Матфея 7:11; 19:13—15).

Естественно, все родители принимают решения, затрагивающие безопасность и жизнь их детей: как будет отапливаться дом — газом или жидким топливом? Возьмут ли они ребенка в дальнюю поездку на машине? Можно ли ему плавать? С этими вопросами связаны опасности, и даже смертельные. Но общество полагается на родительское благоразумие, поэтому родители имеют решающий голос практически во всех вопросах, которые затрагивают их детей.

В 1979 году Верховный суд США ясно постановил: «Отношение закона к семье покоится на предпосылке, что родители, в отличие от детей, обладают зрелостью, опытом и рассудительностью, необходимыми для принятия жизненно важных решений. [...] Право же решать не переходит автоматически к какому-нибудь органу или служащему государственного учреждения лишь потому, что решение родителя [в медицинском вопросе] влечет за собой риск» (Parham v. J.R.).

В том же году нью-йоркский апелляционный суд постановил: «Решающим при определении, лишают ли ребенка необходимой медицинской помощи... может быть ответ на вопрос: предоставили ли родители своему ребенку приемлемый курс медицинского лечения в свете всех сложившихся обстоятельств? Речь идет не о том, „правильное“ или „неправильное“ решение приняли родители, поскольку при настоящем положении дел в медицине, несмотря на ее огромные достижения, приходить к таким определенным заключениям можно крайне редко. Также никакой суд не может взять на себя роль опекуна» (In re Hofbauer [«По делу Хофбауера»]).

Вспомни пример родителей, выбирающих между операцией и антибиотиками. Каждое из этих лечений несет свои опасности. Любящие родители обязаны взвесить все «за» и «против», учесть другие обстоятельства и тогда сделать выбор. В связи с этим д-р Джон Сэмьюэльс (Anesthesiology News [«Новости анестезиологии»], октябрь 1989 года) предложил обратиться к труду Guides to the Judge in Medical Orders Affecting Children («Руководство судьям в медицинских постановлениях относительно детей»), в котором отстаивалась следующая позиция:

«Знания в области медицины не настолько передовые, чтобы позволить врачу с обоснованной уверенностью предсказать, умрет его больной или останется жить... Если же есть выбор между разными способами лечения — если, скажем, врач рекомендует способ, у которого 80 процентов успеха, но родители возражают, и они не против способа, у которого вероятность успеха только 40 процентов,— врач должен избрать курс лечения, более опасный с медицинской точки зрения, но не вызывающий возражений со стороны родителей».

Если принять во внимание многие обнаруженные смертельные опасности при медицинском употреблении крови, а также учесть другие эффективные методы лечения, разве не будет отказ от крови менее рискованным?

Естественно, когда ребенку необходима операция, христиане взвешивают многие факторы. Любая операция, с использованием крови или без,— опасна. Какой хирург может дать гарантию успеха? Возможно, родителям известны прекрасные результаты умелых врачей при оперировании без крови детей Свидетелей. Поэтому даже если у врача или работника больницы есть свои предпочтения, не разумней ли им сотрудничать с любящими родителями, чем начинать длительное и изнуряющее правовое сражение? Или же родители могут перевести ребенка в другую больницу, где у персонала есть опыт и желание оказывать помощь в таких случаях. По сути, лечение без крови скорее будет качественным лечением, поскольку оно может помочь семье «достигать законных медицинских и немедицинских целей», как мы упоминали раньше.

[Сноска]

Смотри медицинскую статью «Кровь: чей выбор и чья совесть?», перепечатка в Приложении на страницах 30, 31.

[Рамка, страница 18]

ОСВОБОЖДЕНИЕ ОТ ПРАВОВЫХ ХЛОПОТ

Ты, возможно, спрашиваешь: «Почему некоторые врачи и больничные учреждения спешат заручиться распоряжением суда, чтобы перелить кровь?» В ряде случаев главная причина — это страх перед ответственностью.

Для таких беспокойств нет оснований, когда Свидетели Иеговы выбирают лечение без применения крови. Один врач в Медицинском колледже Альберта Эйнштейна (США) пишет: «Большинство [Свидетелей] с готовностью подписывают бланк Американской медицинской ассоциации, который снимает ответственность с врачей и больничных учреждений, и многие из них носят [карточку] Медицинского распоряжения. Правильно подписанный и датированный бланк «Отказ принимать продукты крови» служит договором и имеет юридическую силу» (Anesthesiology News [«Новости анестезиологии»], октябрь 1989 года).

Да, Свидетели Иеговы с готовностью предлагают юридическое заверение в том, что ни врач, ни больница не понесут ответственности за предоставленное по просьбе больного лечение без применения крови. Как советуют медики, каждый Свидетель носит при себе Медицинский документ. Ежегодно он обновляется и подписывается владельцем и свидетелями, обычно ближайшими родственниками.

В марте 1990 года Верховный суд в Онтарио (Канада) поддержал решение в пользу этого документа: «Эта карточка — законное письменное волеизъявление человека, и при заключении договора с помощью этой карточки пациент накладывает на врача письменные ограничения». В Medicinsk Etic («Медицинская этика», 1985) профессор Дэниел Андерсен писал: «Если есть недвусмысленно написанное заявление больного, в котором говорится, что он Свидетель Иеговы и ни при каких обстоятельствах не хочет переливания крови, уважение права больного на самоопределение требует, чтобы это желание уважалось так же, как если бы оно было выражено вслух».

Свидетели также подпишут больничные бланки согласия. На одном таком бланке, используемом в больнице во Фрайбурге, Германия, есть место, где врач может описать информацию о лечении, которую он сообщил больному. Кроме того, выше подписей врача и больного, в этом бланке говорится: «Как член религиозной организации Свидетелей Иеговы, я категорически отказываюсь от применения чужеродной крови или компонентов крови во время операции. Я осознаю, что планируемая, необходимая процедура влечет таким образом больший риск из-за осложнений, которые может вызвать потеря крови. Получив в связи с этим подробные объяснения, я настаиваю на том, чтобы необходимая операция проводилась без применения чужеродной крови или компонентов крови» (Herz Kreislauf [«Сердце и кровообращение»], август 1987 года).

На самом же деле, лечение без применения крови может нести меньший риск. И главное здесь то, что пациенты-Свидетели с радостью избавляют медицинский персонал от любых ненужных хлопот, так чтобы тот мог спокойно заниматься своим делом и помогать людям поправиться. Такое сотрудничество приносит пользу всем, как показал это д-р Анджелос А. Камбурис в своем труде «Обширные операции на брюшной полости в случаях со Свидетелями Иеговы»:

«Дооперационное соглашение хирург должен считать обязательным и придерживаться его независимо от того, как развиваются события во время и после операции. [Это] настраивает больного положительно на хирургическое вмешательство и переключает внимание хирурга с правовых и философских вопросов на хирургические и технические, тем самым позволяя делать все, что в его силах, и служить интересам больного» (The American Surgeon [«Американский хирург»], июнь 1987 года).

«Неумеренное использование медицинской техники — сегодня одна из главных причин увеличения расходов здравоохранения. [...] Особое место занимает здесь переливание крови из-за своей стоимости и большой опасности. Поэтому Американский объединенный комитет ассигнования больничных учреждений классифицировал кровь как препарат, „часто используемый, очень опасный, с применением которого связано много ошибок“» (Transfusion [«Переливание»], июль-август 1989 года).

Германия: «Право больного на самоопределе- ние важнее принципа оказания помощи и сохранения жизни. Таким образом, непозволительно переливать кровь против воли больного» (Herz Kreislauf [«Сердце и кровообращение»], август 1987 года)

Соединенные Штаты: «Право выбрать лечение включает право отказаться от какого-то отдельного способа лечения или от всех, или же выбрать альтернативную форму лечения» (Специальный комитет по биомедицинской этике, Американская ассоциация больничных учреждений, 1985 год).

Япония: «В медицинском мире нет ничего „абсолютного“. Врачи считают, что сегодняшний курс медицины — лучший и поэтому поступают соответственно, но они не должны навязывать больным каждую мелочь этого курса, выдавая ее за „абсолютную“. У больных тоже должна быть свобода выбора». («Минами Нихон симбун», 28 июня 1985 года).

«Я нашел, что в семьях [Свидетелей Иеговы] царят тесное единство и любовь,— сообщает д-р Лоренс С. Франкел.— Дети воспитанны, внимательны к другим и почтительны. [...] Кажется, они больше, чем другие, послушны медицинским предписаниям, что, возможно, говорит о готовности согласиться на медицинское вмешательство, если оно не противоречит их убеждениям» (Отделение педиатрии, Больница и институт опухолевых заболеваний М. Д. Андерсона, Хьюстон, США, 1985 год).

«Боюсь, что нередко,— замечает д-р Джеймс Л. Флетчер Младший,— профессиональная самонадеянность вытесняет здравое медицинское суждение. Средства, которые считаются „лучшими сегодня“, усовершенствуются или отвергаются завтра. Кто опасней — „верующий родитель“ или самонадеянный врач, убежденный в том, что в данном случае необходимо именно его или ее лечение?» (Pediatrics [«Педиатрия»], октябрь 1988 года).

 

 

 Ссылки:

 

 

 

 

 

 


 


Все материалы в данном разделе взяты из журнала "Пробудитесь", издаваемого "Обществом Сторожевой Башни Библий и трактатов". Сайт организации: www.watchtower.org